О Кате

Виктория Швейцер

 

Катя Яровая... Что вспоминается при этом имени? Вероятно, каждому что-то свое: одному - ее песни, другому - ее устные рассказы, необычайно живые и яркие, по большей части из ее собственной, совсем не легкой жизни, третьему - ее улыбка или ее фигура, прекрасная в любом наряде. Мне же при имени Кати Яровой вспоминается ее удивительное, редкостное жизнелюбие и мужество, может быть, потому, что я знала Катю только в последние ее годы.

Все цитаты

Евгений Евтушенко. "Певшая от имени молчащих"

Катя ЯРОВАЯ. 1957, Свердловск – 1992, Новосибирск

Из антологии Евгения Евтушенко «Десять веков русской поэзии»

Иногда хватает нескольких строк, чтобы понять, кто – поэт, а кто – нет. Вот всего четыре строки Кати Яровой об отце, который ушел из семьи в ее детстве:

Ты уходил куда-то далеко –

А я на кухне грела молоко.

Ты уходил куда-то на века

И сдул меня, как пенку с молока.

 

Тут двух мнений быть не может. Поэт.

 

А как тонко и щемяще, без упреков и восхвалений сказано у нее о разнице между теми, кто предпочел уехать, и теми, кто предпочел остаться:

Ты глазами провожаешь

Всю загадочную Русь...

Ты не столько уезжаешь,

Сколько я здесь остаюсь.

Она родилась в бывшем Екатеринбурге, и родители назвали ее Екатериной, может быть, из духа противоречия, потому что город тогда носил имя одного из главных большевиков, виновных в убийстве царской семьи, – Якова Свердлова. И характер у нее был такой же – сплошной дух противоречия. Но так длинно – Екатериной – ее никто не звал, все – Катей.

И подписывалась она: Катя Яровая, хотя, наверное, ее поддразнивали как однофамилицу героини из знаменитой некогда пьесы Константина Тренева «Любовь Яровая». Но вряд ли бы Катя нашла общий язык с молодой учительницей, ставшей несгибаемой большевичкой: у Кати в отличие от нас, шестидесятников, уже не было иллюзий насчет «комиссаров в пыльных шлемах». А если бы ее муж, отец их единственной дочки, режиссер Валерий Рыбаков, и поставил эту пьесу, то, скорей всего, из авторской героики сделал бы нечто трагико-пародийное, как это сейчас повелось, хотя кто знает...

Себя она описывала с достаточным чувством самоиронии, едко, но гордо, независимо.

Некоторые поэты из Катиного поколения упражнялись в высокомерном стебе по поводу наивных иллюзий нашего поколения. Но у поколения Кати так же, как у нас, оказались свои разбитые иллюзии. Она надеялась, что как только не станет высмеянных ею ЦК, цензуры, однопартийной системы и социалистической экономики, то жизнь сразу волшебно переменится.

Свое поколение Катя называла поколением семидесятых. Они были из другого измерения, чем мы, шестидесятники, и в этом не виноваты. Они не пережили ни радости Победы, ни энтузиазма целинников, ни ошеломившей, но и обнадежившей многих речи Хрущева против Сталина, ни вспышки раскрепощения на фестивале молодежи, ни восторга при взлете Юрия Гагарина, ни бескорыстной романтики Братской ГЭС – первой гигантской стройки, где не работали заключенные, ни воодушевления тысяч слушателей поэзии на стадионах...

Семидесятники созревали в годы тошнотворной скуки, диссидентских процессов, оккупации Чехословакии, войны в Афганистане, параноидального выискивания цензурой малейших аллюзий. Мы успели прорваться в крепость соцреализма и вели там уличные бои, но для семидесятников крепостные ворота были накрепко заперты изнутри недремлющими стражниками.

Дух противоречия заставил Катю писать стихи, которые нельзя было напечатать, но их можно было спеть. И она взяла в руки гитару. Конечно, петь что хочется позволительно было только по квартирам. Возникло даже словечко «квартирник», означавшее концерт у кого-нибудь дома. Так, кстати, начинали как исполнители и Александр Галич, и Владимир Высоцкий, и Булат Окуджава, и Новелла Матвеева.

Авторские песни, не всегда совершенные, но царапающие сердце, постепенно пересиливали блатные песни и вагонные романсы своей искренней сопричастностью с теми, кто поет, а иногда эзоповской или прямой политизированностью. Гитары слышались в поездах и общежитиях, а у костров, на целине и в тайге, это было всенародное подполье на свежем воздухе. С ним никакая цензура ничего не могла поделать. В книге «И возвращается ветер...» Владимир Буковский, сидевший за инакомыслие, пишет: «И уж раз зашла речь о памятниках, то нужно еще поставить монумент человеку с гитарой. Где, в какой стране скверные любительские магнитофонные записи песенок под гитару будут тайно, под угрозой ареста распространяться в миллионах экземпляров?..»

Я люблю свою песню «Хотят ли русские войны?..» и никогда от нее не отрекусь, но она могла искренне звучать только тогда, когда и была написана, – до того, как мы гусеницами танков переехали надежды на социализм с человеческим лицом в Чехословакии, до бессмысленной войны в Афганистане... И мне, конечно, было горько услышать Катину песню, которую она спела перед ранеными «афганцами» в Узбекистане, перенеся мой рефрен из контекста «оттепели», в которой родилась песня, в ситуацию государственного нервозного агрессивничанья ценой человеческих жизней. Но я не обиделся на Катю, потому что у нее была не издевка, а боль. Она ведь написала: «Но зато я знаю, где душа, – Там, где боль от нашего прощанья». У нее был именно такой, может быть, единственно человечный подход к людям и вообще к жизни.

«Бросают их в десант, как пушечное мясо. Кто выживет – тому награды и почет. Пока мы тут сидим, пьем чай и точим лясы, Сороковая армия идет вперед! Идут обратно в цинковых гробах, В медалях, звездах, знаках, орденах. «Хотят ли русские войны? Спросите вы у тишины...»

Если так не написал я сам, спасибо, что это сделала она.

Лучшей политической песней Кати я считаю «Песню про мое поколение». Она не побоялась сказать своим ровесникам невесело упрекающую их правду о том, что они не смогли в удушающее безветрие наполнить паруса времени своими дыханиями. Она не побоялась пристыдить их за отсутствие энергии гражданского сопротивления. Она оказалась единственным поэтом, кто написал свое семидесятническое мучительное «Печально я гляжу на наше поколенье...» и обнаженной искренностью и мужеством оправдала само существование семидесятников.

Она рисковала, когда писала сатирические стихи о льстивом принятии Брежнева в Союз писателей за мемуары, накатанные за него, иронические реквиемы хоронимым друг за другом вождям, гневную песню о кровопролитии в Сумгаите...

В Литинститут на защиту диплома Катя пришла с гитарой и спела его. Но гитара, для которой она сочинила более трехсот песен, дававшая ей счастье петь и в наших, и в американских аудиториях, где у нее тоже нашлись настоящие друзья, все-таки не сумела защитить ее от тяжкой болезни. Друзья – и в России, и за рубежом – делали всё, чтобы ее спасти. «Мой круг друзей, спасительный мой круг...» Но спасти ее не удалось.

А гражданский и поэтический подвиг Кати Яровой в том, что она пела от имени молчащих.

 

События

13 декабря 2020

Видеоверсия концерта «Рождественская открытка» в Актовом зале Татьянинского храма при МГУ в Москве (22.12.19)

Сегодня, в день памяти Кати Яровой, впервые представляем видеоверсию концерта Кати Рыбаковой, состоявшегося год назад в Москве. Просторный Актовый зал храма едва вместил всех желающих услышать лучшие лирические песни Кати Яровой в исполнении ее дочери, специально прилетевшей из Парижа. Также она представила свой альбом детских песен «Гномики/Les Lutins de la Chanson» на французском языке, включивший детские песни Кати Яровой в переводе дочери. Украсили концерт специальный гость Лариса Брохман, комедийная актриса и певица, и «Careless orchestra@Беспечный оркестр» – музыкальная семья Ярчевских. Надеемся, вы заразитесь потрясающей атмосферой, царившей в зале, и грустная дата Катиного ухода наполнится красотой, добром и светом, исходящими от ее песен и ее очаровательной дочери…

30 октября 2020

Видеозапись встречи «Книжная полка» от 15.10.2020

Приглашаем посмотреть видеозапись встречи "Книжная полка", прошедшей в Зуме 15 октября 2020 г. Татьяна Янковская рассказала о Кате Яровой и прочитала её стихи, а Миша Новахов и Катя Нехаева исполнили её песни. Юрий Бунчик прочёл свои стихи, посвящённые Кате, с эпиграфом из её песни: "Ведь любовь не кончается, просто кончается жизнь". Спасибо им огромное! Катя Яровая оказалась в хорошей компании: кроме Кати были представлены поэты Павел Коган и Дана Сидерос. Благодарим Ирину Акс за организацию и мастерское ведение вечера.

Смотреть

 

14 октября 2020

Встреча в Зуме из цикла «Книжная полка» состоится 15 октября

Встреча в Зуме из цикла «Книжная полка» состоится 15 октября в 19.00 по нью-йоркскому времени, в 22.00 по парижскому и в 0 часов по московскому времени

Ирина Акс, организатор цикла встреч в Зуме «Книжная полка», объявила новую встречу, где наряду с двумя другими поэтами будет представлено и творчество Кати Яровой. В этом сегменте участвуют: Татьяна Янковская, Михаил Новахов, Екатерина Нехаева и Татьяна Задорская. Благодарим организатора и всех участников!

Код для входа по ссылке

Все события